Российская банковская система вступила в 2025 год с тяжелым грузом — высокая ключевая ставка резко охладила финансовый рынок. Цикл её понижения уже начался, но условия оставались суровыми. Деньги стоили дорого, кредиты брали неохотно. Потребность в заемных средствах будто испарилась: спрос ощутимо упал, а риск невозврата долгов незаметно, но неумолимо полз вверх. Ликвидность стала роскошью, хотя на бумаге в системе оставался небольшой запас свободных средств. Но вопреки этой лавине трудностей банки не сдались: их совокупные активы преодолели грань в 200 трлн рублей, а прибыль, пусть и слегка, но уступила прошлогоднему рекорду. Это данные из аналитики Юрия Беликова, одного из ключевых экспертов «Эксперт РА».
Но неужели всё так безоблачно? Или стабильность банков — всего лишь видимость, оттянутая расплата за накопленные риски? Главный вопрос — как это новое «тяжелое наследие» 2025-го скажется на банках уже в 2026 году?
Тормоз на розницу, поддержка стройки
Пик кризиса стал точкой замерзания для розничного кредитования. Обновленная ключевая ставка — 21% в конце 2024-го — отбила желание брать деньги у большинства заёмщиков. Метания Центробанка между макропруденциальными ограничениями и регулированием риска оказались малоэффективны. Еле-еле добавилось 3% к общему розничному кредитному портфелю, и то, в основном, за счет ипотеки: здесь рост составил 9%, но почти весь пришелся на специальные семейные программы с господдержкой. Потребительские кредиты и вовсе покатились вниз — минус 4,6%. Единственный остров оживления — автокредиты: спрос от индивидуальных предпринимателей подрос сразу на 17,5%.
Ставки для обычных граждан взлетели выше 27% по краткосрочным кредитам и почти до 15% на долгий срок. Итоговые цифры слегка смягчает массовая ипотека с господдержкой, иначе и эта статистика выглядела бы безжалостной. К тому же многие банки предложили «облегченные» кредиты: чтобы заполучить пониженную ставку, люди платили комиссию, которую затем добавляли к основному долгу — и проценты начинали расти с новой базы. Тактики, которые теоретически должны были замедлить накапливание долгов, лишь усугубили картину: долги увеличивались, как и кредитный риск. Просрочки стали обычным явлением — в ипотеке они выросли с 1 до 1,7%, в потребительском сегменте — с 9 до 13%. Несмотря на это, банки умело компенсировали убытки резервами, черпая деньги из всё ещё крупного портфеля розничных займов.
В то время как «физика» замерла, корпоративный сегмент наоборот подрос — плюс 7,8% за год. Особенно воодушевились застройщики: льготные программы, привязанные к эскроу-счетам, позволили быстро занимать под заметно менее жесткие процентные ставки. Строители удерживали цены и даже продолжали их поднимать, несмотря на вялый спрос, а доступное финансирование лишь подкрепляло этот тренд — побочный эффект, который не мог не отразиться на здоровье ипотечного портфеля.
Малый бизнес — в тисках
Малые и средние компании проходили это время в куда более стеснённых обстоятельствах. Уже во втором полугодии портфель выданных кредитов начал сокращаться. Особенно резко это проявилось в третьем квартале: снижение почти на 10%. Причина проста — подошли сроки выплат по кредитам, оформленным ещё до скачка ставок. Перезанять деньги стало практически нереально — кто-то не потянул новые проценты, кто-то встретил твёрдый отказ банка. Но и ловушки невозврата массово не случилось: доля просрочки среди МСП даже подсократилась — с 4,4% до 3,8% за девять месяцев. Объяснение простое: тут не было взрывного роста портфеля и, соответственно, лавины рискованных «сырых» кредитов. Получается, кризис здесь — не результат старых ошибок, а следствие того, что многим просто недоступно заемное финансирование.
Прибыль стоимостью в спокойствие
Высокая ключевая ставка не раздавила маржу банков. Они не спешили перетягивать вкладчиков под дорогие депозиты, предпочли хранить избыточные средства в консервативных высокодоходных активах. Да, проблемных долгов в портфелях меньше не будет, но приток процентов все еще позволяет покрывать риски, не проседая по прибыли.
Самое важное здесь то, что обвал кредитования случился вовремя: не было массовых банкротств, катастрофы невозвратов и обрушения капитала. Банковская система сумела пройти сквозь экономический шторм, не взяв на себя бедствия своих клиентов и не ставя свою устойчивость под удар.
Впереди — год ожиданий
Что принесёт 2026-й? Банки выдержали испытание кредитным риском, и если тенденции сохранятся, то их итоговые прибыли почти сравняются с пиками прошлых лет — прогнозируется порядка 3,7–3,8 триллионов рублей. Послабление денежной политики обещает ключевую ставку вблизи 11–12%. Вероятно, осторожно зашевелится потребкредитование — рост на умеренные 7–8%, не больше. Ипотека, напротив, застынет: лимит программ господдержки понятен и недвижимость всё так же непомерно дорога. Рыночное кредитование реально вернётся лишь при ставках ниже 15%.
Банки приспособились жить с рисками и жёсткостью регулятора, не идя на поводу у бурь внутри экономики. Их реакция — выдержка и холодный расчет. Но хватит ли этого, если шторм затянется?
